Немцы об армянах... - Наша Армения
об Армении

Немцы об армянах…

Немцы об армянах

Генрих Хюбшман:

“Из многочисленных народов, с древних времен населяющих северо-западную часть Передней Азии, практически только армяне сохранили до сегодняшнего дня свою этническую однородность и язык, причем не с легкостью, без видимых усилий, в условиях мирного существования, а в результате долгой и изнурительной борьбы с внутренними и внешними врагами, несмотря на многочисленные притеснения и гонения, которые часто оказывались более кровопролитными и жестокими, чем может вообразить себе Европа. Выносливость армян объясняется расовыми особенностями нации, а также геополитическими, историческими и религиозными взаимосвязями, которые помогли им сохраниться. Очевидно, что народ с такой древней историей, несгибаемой национальной гордостью и непоколебимой верой заслуживает самого серьезного и заинтересованного к себе отношения со стороны цивилизованного мира, тем более что эта нация по своему происхождению стоит близко к нам, немцам — и по христианской вере, и как самостоятельное ответвление индоевропейского корня”.

Франц Николаус Финк:

“Армянин, всегда с самой большой степенью серьезности относящийся к вопросам собственной веры и нации, в этом аспекте постоянно будет апеллировать к родственному себе немецкому народу”.

Граф Август фон Гакстхаузен:

“Все исследования указывают на тот факт, что армянский народ отмечен самой волей Божьей и избран ею как распространитель христианства и цивилизации на Востоке. Армян можно рассматривать как закваску, как главный ингредиент азиатского теста, призванный оживить умертвленную духовную жизнь в этом регионе. Армяне вопреки всему сохранили верность своей родине, языку, своим традициям, христианству и церкви, национальному самосознанию. Армяне относятся к числу самых красивых народов на планете. Они очень соразмерно, пропорционально сложены, они изящны, но склонны к полноте. Это главным образом брюнеты, — спокойные, мягкие, скромные и чрезвычайно воспитанные. В семейной жизни у этого народа сохранен патриархальный уклад, который только в одном резко и существенно отличается от других азиатских народов. Отличие в социальном положении женщины, в признании ее самостоятельности, равноправия и человеческого достоинства, что выражается в самом укладе армянской семьи, а также в личностной характеристике армянских женщин. Мне кажется, причина этого кроется в самой миссии армян, как народа высокой культуры и духовности, который стал посредствующим звеном и центром объединения Европы и Азии”.

Мориц Вагнер:

“Свое путешествие в Армению (1843-44) я вспоминаю с самыми добрыми чувствами — это одно из наиболее приятных впечатлений от трехлетнего пребывания в Азии. Необыкновенно ценно для меня знакомство с Абовяном, который сам по характеру очень походил на немца и получил фундаментально немецкое образование. Учился Абовян в Дерпте, где прожил шесть лет и вернулся на родину, воодушевленный идеей распространения в Армении немецкой духовной культуры. Я часто посещал его школу, пораженный блестящими успехами его воспитанников. 10-14-летние подростки проявляли удивительные знания в письменной и устной речи по армянскому, грузинскому, татарскому, русскому, немецкому и французскому языкам. По-немецки они говорили очень чисто и с правильным акцентом, а когда при мне им задавались письменные упражнения, я восхищался и прекрасным правописанием, и отличным знанием немецкой грамматики. Они читали Гете и Шиллера и проявляли особый интерес к немецкому языку вообще. Я часто ходил в школу Абовяна, не уставая радоваться успехами его учеников”.

Иоганнес Лепсиус:

“Получившая хождение в немецкой прессе характеристика турецких армян — плод неведения. Нередко весь багаж знаний об армянах ограничивается одним этим высказыванием, не выдерживающим никакой критики, однако ставшим притчей во языцех, в том числе в среде немецкой интеллигенции (речь идет о фразе Феликса фон Лушана: “Один армянин семерых евреев проведет”). Эта поговорка варьируется на Востоке в зависимости от того, кому она адресована — евреям, грекам или армянам. Поскольку именно эти национальности делят между собой внутренний и внешний рынки сбыта, а турок никогда не выходил за рамки мелкой торговли и в подавляющем большинстве занимается исключительно крестьянским трудом. Поэтому если рассматривать этот вопрос культурологически, ненависть турок к армянам, евреям и грекам диктуется если не религиозной нетерпимостью, то банальным духом соперничества на ниве естественных и экономических богатств, сельскохозяйственного и промышленного производства. Когда в 1909-м младотурки истребили 20 тысяч армян, первое, что сделали турецкие крестьяне — они уничтожили большую часть привезенных армянами из Европы современных машин для молотьбы и пашни. Те журналисты, которые допускают в отношении армян выражения типа “обманщики и негодяи” (те же лица называют сербов “похитителями овец”), этим самым обнаруживают лишь собственное неведение и ограниченность. Проживающие на территории Турции армяне на 80 процентов заняты сельскохозяйственным трудом, а городское население далеко не полностью посвятило себя торговой деятельности — среди них много ремесленников и представителей других свободных профессий. Сами турки откровенно признают, что их народ не отмечен талантом к торговой деятельности. Однако европейцы утверждают, что турки только потому не занимаются торговлей, что по умственным способностям им далеко до армян, греков или евреев. При этом “доверчивые” турки не устают сокрушаться о том, что на протяжении веков их постоянно обманывают христиане и армяне. В результате всего этого не очень-то ясно, какого эпитета заслуживает турецкая интеллигенция — элита народа, облаченного властью хозяев”.

Пауль Рорбах:

“Армяне — арийцы. Скорее, индогерманцы. …Понятно, что среди армян есть несколько физиологических типов, различающихся между собой довольно существенно. Но разве немцы Германии, беспрекословно признанные арийцами, не отличаются подобным же образом? …Я познакомился с армянами на их родине, между Тавром и Араратом, в то время, когда эти земли еще были населены армянами. Сегодня этот народ сосредоточен на кавказской части исторической Армении. Где армянское крестьянство, там и корни армянского народа, и именно эти корни надо изучать для получения полного и глубокого представления о нем. Сомнения относительно того, являются ли в действительности армяне арийцами, исходят от тех людей, которые носа не выказывали за пределы левантийского побережья. Ярким свидетельством этого служила бы цитата из графа фон Вестарфа, который в 1913 году опубликовал свою интересную книгу “Под полумесяцем и солнцем”. В этом исследовании он дает очень точную характеристику армян, отмечая, что автор лично знаком с тенденциозной критикой в адрес этого народа. Миф о хитрости армян возник в торговых городах Европы, однако, как отмечает граф, сам он никогда не слышал, чтобы другие левантийские нации отличались в этой местности особой честностью. Он, в частности, пишет: “Читатель уже, наверное, заметил, что я придерживаюсь существенно иного мнения об армянах, проживающих в глубине страны. Есть большая разница в характере армян левантийского побережья по сравнению с армянским населением из глубины Азии. Последние очень способны к искусству и ремеслам, образованы, культурны, умны, дальновидны, невероятно трудолюбивы, так что удача в делах главным образом оказывается на их стороне, что вызывает зависть представителей других национальностей, не способных конкурировать в торговых делах с армянами”.

Эндрю Уайт, американский посланник в Германии в годы Первой мировой войны:

“Армянский народ – самый трудолюбивый, способный, трезвый, нравственный и предприимчивый. Этот народ с большими и благородными дарованиями. Веками он поддерживал свою культуру среди притеснений, которые раздавили бы всякую иную нацию”.

(По материалам мировой печати)

Фото: Традиционная армянская семья. Константинополь. Конец XIX — начало ХХ вв.

Статьи по Теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *