Армянский священник в Польше... - Наша Армения
Все о самом интересном..Христианство

Армянский священник в Польше…

Польские армяне

Сегодня армяне в Польше составляют одно из национальных меньшинств численностью всего около 40-50 тыс. человек. Из них, по разным оценкам, лишь около 3-8 тыс. человек являются представителями «старой эмиграции» — потомков армян, издавна живших в Польше. Остальные приехали в страну уже в прошлом веке, преимущественно после распада СССР. Между тем, хотя сейчас очень мало что напоминает о жизни армянских общин в Польше, их появление на землях, присоединенных в XIV в. к Польской Короне, относится еще ко временам Киевской Руси. А когда-то польские армяне жили процветающими общинами, активно участвуя в жизни польского общества.

Первые армянские переселенцы появились в Крыму еще в XI веке. После падения столицы Великой Армении города Ани, завоеванной турками-сельджуками в 1061 году, около 20 тысяч армянских беженцев покинули родину и перебрались в Крым и на Русь. Таким образом, пребывание армян на украинских и польских землях длится уже почти тысячу лет! В XIII веке территории, населенные армянами, были опустошены монгольскими отрядами. Это вызвало вторую волну армянской эмиграции. Четвертая волна — уже из Крыма — была связана с завоеванием турками в 1475 году Каффы (Феодосии), где жила большая армянская община.

Русские князья принимали армянских эмигрантов с условием участия в борьбе с половцами. В 1270 году князь Лев Галицкий поселил в городе, названном его именем, армян, даровав им значительные привилегии. Еще его отец, Даниил Галицкий, привлекал их в свое войско. С этого времени Львов становится крупным армянским центром на землях Юго-Западной Руси, но они жили и в других крупных городах: в Луцке, Владимире (Волынском), в Польше — в Кракове, Познани, Люблине. Одновременно армянские общины появляются на Подолии. Позднее география армянских поселений значительно расширилась. Во второй половине XIV в. король Казимир III присоединил Червонную Русь (со Львовом) к Польше. Он сохранил армянам их прежние привилегии.

Несколько лет спустя начался исход армян из Киликии, где пало армянское государство. В Польше и на Руси нашли убежище около 40 тысяч армян. Это была третья волна эмиграции. Часть из них поселилась во Львове, другая — в Каменце-Подольском (в 1430 году город был присоединен к Польше). В XV веке они постепенно адаптируются к местной жизни, но настоящий расцвет армянских общин наступает в следующем столетии. В XVI веке Каменец-Подольский становится крупнейшим армянским центром в Польше. Армян там в то время насчитывалось около 300 семей, в то время как во Львове было всего лишь 60 семей.

Большинство армян в Польше занималось торговлей с богатыми в то время странами Востока. Это и понятно, учитывая их восточное происхождение и многочисленные связи с армянами, остававшимися в Турции и Персии. Вскоре армяне практически монополизировали торговлю с восточными странами, приносившую очень большой доход. Постепенно армянские общины размножались. Кроме Львова и Каменца-Подольского они появляются в Баре, Замостье, Вильне и в других городах.

Армяне в средневековой Польше не говорили на своем родном языке. Языком общения был кипчакский — татарский, как его тогда называли. На нем же, только записанном армянским алфавитом, издавались богослужебные книги. Постепенно, на протяжении XVII века, этот язык выходит из употребления, уступая место польскому. Лишь небольшое количество переселенцев, перебравшихся в южную Польшу в XVIII веке из Румынии, говорили на армянском.

Как и польские евреи, польские армяне имели широкое самоуправление — суд, сбор налогов и т.д. были внутренним делом общины. В 1519 году король Сигизмунд Старый утвердил армянский Судебник Мхитара Гоша, переведенный на латинский язык. Армяне в Польше имели и собственные школы, в которых учили, кроме армянского, латинскому и польскому языкам, а также географии, арифметике и риторике.

Достаточно привилегированное положение польских армян определялось не только их богатством, но и тем, что они оказывали важные услуги королевскому двору. Из-за своих обширных связей и знания восточных языков они выступали как дипломаты на службе у польских королей. Большая часть посольств в Турцию и Персию осуществлялась именно армянами. Они участвовали в торговле с западными странами, ездили с товарами и в Московское государство. Кроме того, богатые армянские купцы зачастую ссужали деньги королям, чем отчасти объясняется их привилегированный статус в обществе. Армяне были известны также как искусные ремесленники — они выделывали кожи, ковали оружие, занимались ткачеством и ювелирным делом.

Сделав доступными многие восточные товары, армяне, как считается, сыграли определенную роль и в известной ориентализации польской культуры в XVI-XVII вв., когда в Польше развилась шляхетская мода на восточную одежду, оружие, пряную еду. Но они были не только торговцами или ремесленниками: сохранились многочисленные упоминания об участии армянских ратников во многих известных сражениях — начиная от знаменитого Грюнвальдского до сражений с турками под Хотиным, защиты Каменца-Подольского. В знаменитом сражении 1683 г. под Веной, где польское войско, предводительствуемое королем Яном III Собесским, разгромило турок, участвовало пять тысяч армян.

С момента своего появления на Руси и в Польше армяне пользовались не только самоуправлением, но и религиозной свободой — менять веру своих предков их никто специально не принуждал. Еще Казимир Великий в 1367 году основал во Львове «на вечные времена» армянское архиепископство, которое подчинялось Эчмиадзинскому католикосату. Тогда же армянскими каменщиками в городе был возведен собор, в орнаментации которого воспроизводились национальные мотивы. Ситуация начала меняться в XVI веке, когда в польском обществе возникла идея заключения унии — в первую очередь с православными, но также и с армянами. Появились трактаты, в которых обсуждалась возможность соединения католиков с армянами. Стремление к соединению имело место и в среде самих армян. Сторонниками унии, возможно, были архиепископы Григорий (1562-1568) и Барсумас (1575-1584). Однако в целом миряне и армянские клирики были враждебно настроены по отношению к унии. Тем не менее, дело дошло до объединения, но это произошло лишь в следующем столетии, при короле Сигизмунде III.

Как и в случае с православными (Брестская уния 1596 года также была заключена под давлением светской власти и вопреки желаниям подавляющей части православного духовенства, монашества и мирян), ультракатолической партии все же удалось «продавить» идею унии. В 1626 году во Львов прибыл бывший эчмиадзинский католикос Мелхиседек, открытый приверженец унии с Католической церковью. В 1627 году при его поддержке на архиепископскую кафедру был возведен Михаил Торосович, сторонник присоединения армянской церкви к католической. Весь остальной клир и миряне по-прежнему были противниками унии. Первоначально унию заключил фактически один Торосович со своими ближайшими единомышленниками. При этом он полностью опирался на поддержку государственной власти и католического духовенства. В 1629 году он частным образом изложил символ веры, в котором признавал главенство римского папы, а 24 октября 1630 года сделал это публично во львовском соборе кармелитов. Признание главенства папы сопровождалось, однако, некоторыми оговорками: у армянской католической церкви сохранялись традиционные церковные обряды, литургия, язык (староармянский — «грабарь») и свой календарь.

Сохранение традиционных обрядов, конечно, доставило Торосовичу ряд приверженцев среди армян Львова, однако большая часть по-прежнему отвергала унию — поначалу без поддержки городских властей он даже не мог занять свою кафедру.

В 1634 году Торосович побывал в Риме, где еще раз исповедовал символ веры перед папой Урбаном VIII и был назначен им митрополитом с юрисдикцией, распространявшейся на Польшу, Молдавию и Валахию, где также жили армянские общины. Лишь во второй половине XVII века сторонники унии получили перевес. Ее противникам было сложно выжить в том уже достаточно нетерпимом окружении, которое представляло собой польское общество этого времени. Отчасти на распространение унии повлияла общая нестабильная ситуация в Речи Посполитой (не забудем, что с середины столетия началась эпоха почти непрерывных опустошительных войн — сначала с украинскими казаками, а затем с Москвой, Швецией, Турцией), отчасти деятельность ордена театинцев, которые открыли в 1664 году во Львове папскую коллегию — среднее учебное заведение достаточно высокого уровня — для армян и стали готовить кадры для армяно-католической церкви.

С этого времени начинается история армяно-католических общин в Польше. Уния способствовала разрушению традиционного быта польских армян и их быстрой полонизации. В 1691 году при архиепископе Вартане Хунаняне во Львове состоялся синод армянского духовенства, на котором были приняты решения, положившие начало постепенной латинизации армянского обряда. Армянские храмы становятся все более похожими на польские костелы, для проведения службы в них все чаще приглашают католических священников, читавших проповеди на польском языке. Начиная с XVIII века армяне все больше полонизируются, переиначивают свои фамилии на польский лад и т.д. Конечно, это означало упадок традиционной культуры, но нельзя забывать и о том, что армянский народ дал много видных представителей польской культуры буквально во всех областях: ученых, музыкантов, художников, литераторов. Достаточно сказать, что армянские корни были у известного поэта Юлиуша Словацкого, ученика и талантливого интерпретатора Шопена Кароля Микули, известного художника Теодора Аксентовича. То же можно сказать про одного из великих современных композиторов Кшиштофа Пендерецкого и многих других.

После разделов Польши некоторые армянские общины оказались в составе Российской империи — для них была создана особая епархия в Могилеве-Подольском, затем перенесенная в Тирасполь. Львовская община и ряд других, живших на территории Галиции, отошли к Австро-Венгрии.

Во время Второй мировой войны польские армяне понесли значительные потери. Львов и многие традиционные места их проживания были присоединены к СССР. Многие армяно-католические клирики были подвергнуты репрессиям, армяне на Западной Украине подвергались преследованиям со стороны украинских националистов. Как следствие, польские армяне оказались разбросанными по всей стране. Большая их часть поселилась на западе и юге страны, а также в больших городах — Варшаве, Кракове, Лодзи, Познани, Гданьске и Гливицах (здесь сейчас хранится армянская святыня — чудотворный образ Лысецкой Божией матери). Со временем армяно-католическая церковь стала «своей» для польских армян. После Мировой войны она даже стала центром национального возрождения. Не случайно, что первые армянские организации после Второй мировой войны стали возникать вокруг армяно-католических костелов (а еще раньше, в 1930 году, был создан Архидиоцезиальный Союз армян в Польше и началась подготовка к созданию Союза армянской молодежи в Польше).

В 1980 году в Кракове возникло «Общество любителей армянской культуры» (Koło Zainteresowań Kulturą Ormian). Подобные общества появились также в Познани и в Варшаве. В столице Польши несколько лет тому назад по инициативе местного отделения «Общества» были открыты две начальные армянские школы. В Кракове в 2004 году была открыта школа армянского языка.

После развала Советского Союза в Польшу начали прибывать тысячи армян из уже теперь независимой Армении. Поначалу армяне из «старой эмиграции» настороженно относились к вновь прибывшим. Лишь со временем во многом благодаря усилиям священников армяно-католической церкви отчуждение преодолевается, обе группы постепенно интегрируются. Многие из новоприбывших армян — по некоторым данным общая их численность в 90-е годы прошлого века могла доходить до тысяч — вернулись на родину или переехали в другие страны.

Современные армяно-польские связи не слишком интенсивны. Ни особой экономической, ни политической заинтересованности у Армении и Польши друг в друге не чувствуется. Это и понятно. История взаимоотношений этих двух государств пока коротка. Общих воспоминаний — о взаимоотношении двух государств, но не народов — немного.

Двусторонние дипломатические контакты вряд ли можно считать особенно тесными. Современная Армения устойчиво ориентируется на возрождающую свое влияние в кавказском регионе Россию. Польша, если и имеет здесь свои собственные интересы, то только антироссийские, связанные с транспортировкой азербайджанской и среднеазиатской нефти и политической дружбой с нынешней Грузией. Тем не менее, их вполне можно назвать дружелюбными.

Более тесны межпарламентские связи. В июле этого года спикер армянского парламента получил приглашение посетить эту страну от маршала Сената Польши Богдана Борусевича, который поздравил Тиграна Торосяна «с прекрасно проведенными парламентскими выборами». В начале этого года в Армении побывала делегация польского Сената во главе с Б. Борусевичем и, что более важно, еще в 2005 году Сейм Польши принял резолюцию, осуждающую Геноцид армян в Османской империи в 1915-1922гг.

Гораздо ценнее та историческая память об армянах, которая все еще жива в польском обществе. Не последнюю роль в этом, очевидно, играет образ пострадавшего народа, по историческим причинам особенно милый всем полякам. Речь, в первую очередь, идет, конечно, о геноциде армян. Не случайно, что в свое время МИД Польши предложил МИД Армении представлять интересы Армении в Турции и интересы Турции в Армении, содействуя тем самым установлению связей между двумя странами. Это шаг навстречу, прежде всего, Армении, как и признание геноцида армян. Вряд ли такое решение может принести какие-то политические дивиденды Варшаве, скорее наоборот. Это жест доброй воли, выражение своего отношения к этому трагическому событию.

24 апреля 2004 года, в годовщину Геноцида, в Кракове возле костела св. Николая был воздвигнут памятник жертвам Геноцида и всем армянам, издавна жившим в Польше, в виде традиционного армянского каменного креста-хачкара. Каждый год в день годовщины Геноцида в костеле св. Николая совершается месса по армяно-католическому обряду, в которой, среди прочих, участвуют посол Армении, представители польского Сейма и Рады города. Возведению хачкара пытался препятствовать турецкий посол, потребовавший удалить с креста слово «геноцид» и упоминания о Турции и 1915 годе. Все это вызвало в свое время оживленную дискуссию в обществе, на страницах ведущих газет и журналов появились статьи, посвященные планам возведения памятника, последовало и официальное, разумеется, отрицательное, заявление МИД Турции.

Отношения Армении и Польши развиваются вопреки нынешним политическим тенденциям. В Польше нет влиятельной армянской диаспоры, которая могла бы способствовать более тесным контактам: для сорокамиллионной страны сорокатысячная армянская диаспора слишком мала и слишком слаба. Думается все же, что очень важна и та благожелательность, которая имеется в двусторонних отношениях. Историческая память в данном случае служит своего рода нематериальным ресурсом, который помогает сближению двух народов. Это именно тот случай, когда сухость политического прагматизма умеряется соображениями совсем другого порядка, что не может не радовать.

Борис Серов

Статьи по Теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Проверить также

Close