АналитикаБез рубрикиВ мире интересногоИнтересные фактыПо страницам истории

Армянские мануфактуры контушовых поясов в Речи Посполитой

Контуш (польск. kontusz, венг. köntös, укр. ку́нтуш, белорус. кунту́ш) – одежда восточного происхождения проникшая через Болгарию, Венгрию в Королевство Польское, а затем, после Люблинской унии (1569), в Великое Княжество Литовское и ставшая характерным элементом костюма польско-литовской шляхты времен Речи Посполитой Обоих Народов (польск. Rzeczpospolita Obojga Narodów) в XVII-XVIII вв.

Эта своеобразная верхняя одежда с разрезными спускающимися рукавами одевалась поверх жупана и подпоясывалась поясом из дорогой ткани, который так и назывался контушовый пояс, ставшим обязательным аксессуаром мужского парадного костюма шляхты.

Аксессуар этот был не дешевым и будучи весьма дорогим удовольствием подчеркивал благосостояние владельца указывая на его социальное положение. Со временем к нему пристрастилось и состоятельное мещанство.

 

Наиболее дорогими шелковыми поясами, вытканными из золотых и серебряных нитей, были “литые” пояса. По некоторым сведениям на изготовление одного такого пояса затрачивалось порядка ½ кг золота и серебра, ну и цена на них доходила до 500 дукатов . За такую цену можно было приобрести два породистых скакуна и соответствовала годовому жалованию старшего офицера Речи Посполитой, а следовательно позволить себе такую роскошь могли лишь магнаты. Однако и для слоев менее состоятельных тоже были пояса. Несколько дешевле были ”полулитые” пояса, где золотые и серебряные нити вплетались лишь в орнаментальных узорах. Такие пояса стоили на порядок дешевле. Еще дешевле были чисто шелковые пояса. Учитывались потребности также и неимущей бедной шляхты, для которой привозили использованные пояса, которые стоили еще на один порядок дешевле, т.е. около 5 дукатов.

Привозились контушовые пояса в основном из Константинополя в Османской империи и Персии с которыми Речь Посполитая активно торговала при посредстве армянских купцов, уже несколько веков обосновавшихся в польских землях. В качестве примера можно привести торговый дом Никоровичей из Львова, имевший филиалы в Варшаве и Константиополе, Абгаровичей и Антоневичей из Станиславова, Минасовичей из Язловца, и т.д.

Слуцкі пояс, XVIII в., шелк и золотые нити

Подобное состояние дел не могло долго продолжаться, тем более если учесть, что армянами были не только большинство купцов торговавших поясами, но и большинство производителей на местах. Так, например, Ирина Скворцова в своей статье «Армянская душа белорусских поясов» приводит пару армянских мануфактур в Константинополе, принадлежащих Якубу Пиатровичу и Эвону Миконовичу, наладивших производство специально для импортирования в Речь Посполитую.

Перевозка поясов сказывалась на накладные расходы и как ожидаемое продолжение процесса производители в купе с технологией должны были рано или поздно оказаться на месте спроса. Долго ждать не приходится. Уже в первой половине XVIII в. в Станиславове организуется первое производство во главе с мастером из Константинополя армянином Домиником Миссиоровичем. Слава о мастерской быстро разносится не только по Галиции, но и по всей Речи Посполитой. Сюда как в школу мастерства, начинают стекаться ткачи посылаемые магнатами.

Церковь Непорочного зачатия Св. Богоматери в Станиславове

Не на много отклонясь от темы отметим, что в Станиславове, ныне Ивано-Франковске, уже в XVI в. на территории крепости имелся армянский квартал. В разное время в разных местах армянского квартала трижды возникало название улицы Армянская. Первая церковь построенная в XVI в. не сохранилась. Вторая, деревянная, построенная в 1665 г. была снесена в 1742 г. для того, чтобы на ее месте построить каменную. Костел Непорочного зачатия Св. Богоматери до сих пор красуется по адресу ул. Армянская, 6. В соседнем сохранившемся здании некогда была Армянская бурса (гимназия) им. Исааковича (ныне церковная консистория Украинской Автокефальной Православной Церкви, вул. Вірменська, 8). До 1991 г. ул. Вірменська именовалась Єреванська, а до 1945 – Антоневича в честь армянской фамилии представители которой начиная с XVII в. внесли значительный вклад в развитие города, будучи судьями, купцами, настоятелями упомянутой церкви, а 23 сентября 1789 г. императором Священной Римской империи Иосифом II были посвящены в рыцари и получили звание шляхтичей I степени с личным гербом и приставкой Погос (Edler von Bołoz).

Пояс кунтушовый. Польша. Середина – вторая половина XIX в

Но вернемся к Миссиоровичу и его мастерской, часто именуемой “персиярней”. В прочем уместнее называть ее уже школой и мануфактурой в одном лице. На подмогу в станиславскую мануфактуру Миссиоровича в начале 1750-х гг. приходит еще один уроженец Консантинополя Ованнес Маджаранц. Именно у него в 1757 г. проходят обучение два ткача присланные магнатом Радзивиллом из Несвижа. В конце того же года Ованнес Маджаранц переехал в Несвиж. Слава о мастерстве не приминула дойти до гетмана великого литовского Михаила Казимира Радзивилла, восстановившего в Несвиже замок, основавшего типографию и открывшего кадетский корпус. Гетман, будучи человеком передовым и деятельным, в несвижском замке 24 января 1758 г. заключил с мастером договор о создании «фабрики перской» для изготовления «пояса с золотом и шелком» с обязательным обучением «работе перской» местных умельцев, за что назначал недельное жалование в 1 червоный злотый, кроме того разрешив в свободное от заказов время «для своей пользы и выгоды из своих материалов пояса или другую его ремесла работу делать и продавать».

Младший брат несвижских Родзивиллов хорунжий великий литовский Героним Флориан, 1759 г. расширяет мануфактуру построив новые помещения в соседнем городе Слуцк. Еще через год два предприятия, объединяются в единую мануфактуру в Слуцке, что и породило название – “слуцкие пояса”. Надо заметить, что среди художественных промыслов сегодняшней Беларуси «Слуцкие пояса» являя собой высокий образец ручного ткачества справедливо считаются особым предметом гордости, а Несвиж и Слуцк являются городами побратимами соответственно Гюмри и Сисиана.

Дела на мануфактуре идут отлично, однако в мае 1761 г. мастер, из-за тоски по семье, неудачно пытается бежать. Узнав о причине побега, гетман поручает торговому дому Никоровичей привезти семью мастера. Через своих людей Григорий Никорович в 1762 г. вывозит из Константинополя всю семью, в числе коих и сына Левона (ок. 1740-1811), ставшего незаменимым помощником в деле отца.

Полтора десятка лет трудов и как результат договор от 20 мая 1776 г. по которому Ованнес и Левон получают в свое распоряжение слуцкую мануфактуру «со всеми в ней находящимися учениками и принадлежащими к этому ремеслу станками…», взамен обязуясь выплачивать в казну несвижских магнатов Родзевиллов 10 тысяч злотых в год Если до этого момента пояса сигнатура изделия была сугубо городской “Me Fecit/Sluciae” или “F.S.”, то отныне к ней добавилась именная метка “Ioannes Madzarski”.

Говоря о договорах, следует отметить, что под обоими договорами составленными на государственном языке Речи Посполитой, т.е. польском, Ованнес подписывался на армянском – Հովհաննես Մաջարեանց. Однако, как и следовало ожидать, сперва фамилия мастера, а затем имена его и сына подверглись полонизации и стали Ян и Леон Маджарские.

Приходит время, когда отец передает дела мануфактуры сыну, правда конкретная дата передачи не известна, это произошло между 1777 и 1780 гг. Передача знаменуется изменением именной метки на поясах. После второго раздела Речи Посполитой (1793) вся мануфактурная метка переходит на кирилицу и уже видим сигнатуру “ЛЕО МА/ЖАРСКIЙ ВЪ ГРАДЕ/СЛУЦКЕ”. Буквально за год до трагической даты для Речи Посполитой, Леон Маджарский получил звание ротмистра Новогрудского воеводства и титул королевского камергера, а еще за год до того, в 1791 г. «за развитие ремесел в государстве», был возведен в шляхеткое достоинство с правом герба «Божий Дар» (Herb Bożydar).

После третьего раздела (1795), медленно, но неотступно наступают тяжелые времена. Возникают перманентные запреты на ношение коштуновых поясов напоминающих о былых временах. Объемы производства коштуновых “слуцких” поясов падают. И в 1807 г. Леон отказывается от аренды мануфактуры, а через некоторое время славная мануфактура вообще закрывается.

Еще один армянин Пасхалис, сын Якуба, прослыл известным художником-текстильщиком в Речи Посполитой. Он приехал в Варшаву из Токата в начале 1760-х гг. Поначалу поселившись у брата Ованнеса он открыл магазин восточных товаров, а затем пойдя по стопам своих соотечественников из Станиславова и Слуцка основал производство коштуновых поясов. В 1776 году он породнился с армянским родом Мурадовичей поженившись на Марианне (1754-1815) от которой имел трех сыновей и двух дочерей, пережив жену всего лишь на год.

4 июня 1773 году при поддержке мэра Варшавы Пасхалис был избран председателем варшавского купеческого братства и стал почетным гражданином Варшавы с внесением в муниципальную книгу (польск. Księga przyjęć do prawa miejskiego, лат. Alba civilia).

Со временем Пасхалис расширяя переводит свою мануфактуру коштуновых поясов в деревню Липков под Варшавой. Когда конкретно это происходит не ясно, по крайней мере нам известно что уже в 1788 г. мануфактура там уже работала на полную мощность и включала порядка 50 мастерских находящихся не только в Липкове, но и например, в Кракове. Кстати говоря, в том же 1788 году 5 сентября Пасхалис становится почетным гражданином Кракова, приобретая дом на ул. Славковской. В том же году он купил особняк в Варшаве на ул. Краковское Предместье № 450 и двор с конюшней на Маренштат.

Контушовый пояс с персиарни в Варшаве или Липкове

По видимому из-за размаха мануфактуры, и разбросанности производственных мастерских, в отличии от “слуцких” поясов Маджарских, на поясах Якубовича сигнатура не указывала место производства, а имела лишь именную метку – «Fecit Pasсhalis» или «Paschalis». Заказов у Пасхалиса так много, что как пишет заведующая отделом Национального художественного музея Беларуси Ирина Скворцова: «Один из знаменитых фабрикантов того времени – Пасхалис Якубович – размещает большой заказ в Лионе, на французской мануфактуре Гийома, Жермена и де Шаделя. А в качестве образцов для французов отсылает туда слуцкие пояса». Очень скоро Пасхалис выражая недовольство качеством лионской продукции разрывает контракт и в 1790 г. вынужденно идет на очередное расширение мануфактуры, построив новое здание в уже выкупленной у маршала великого коронного Михала Мнишека деревне Липков.

Статьи по Теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *