АналитикаАрцахНаши соседиПолитика

25-летие установления перемирия в зоне азербайджано-карабахского конфликта.

Единственно реальное достижение в процессе урегулирования

25-летие установления перемирия в зоне азербайджано-карабахского конфликта

В мае исполняется 25 лет перемирию, заключенному при посредничестве Российской Федерации всеми сторонами азербайджано-карабахского конфликта — Республикой Арцах (Нагорно-Карабахской Республикой), Азербайджаном и Арменией. В ночь на 12 мая 1994 года, а еще точнее — с 00 часов 01 минуты, вступило в силу Соглашение о прекращении огня и военных действий в зоне конфликта.

Четвертьвековой юбилей служит хорошим поводом для того, чтобы с высоты сегодняшнего дня дать оценку этому событию, попытаться подвести некоторые итоги с точки зрения того, что сделано и что необходимо сделать с целью укрепления режима прекращения огня, а также извлечь уроки, которые будут полезны для повышения эффективности мирного процесса по урегулированию азербайджано-карабахского конфликта.

Соглашение от 12 мая 1994 года имеет ключевое значение, так как оно положило конец войне, развязанной азербайджанскими властями против демократической государственности Арцаха, перевело азербайджано-карабахский конфликт в политико-дипломатическое русло и создало условия для того, чтобы стороны при содействии международных посредников могли сконцентрировать свои усилия непосредственно на поиске путей окончательного урегулирования конфликта посредством переговоров.

До сих пор данное соглашение является единственным реальным достижением в процессе урегулирования азербайджано-карабахского конфликта. Путь к миру, а точнее — к перемирию, оказался достаточно трудным. Как очевидец событий и один из участников переговоров, проходивших в военные и послевоенные годы, могу констатировать, что в 1992—1993 гг. неоднократно предпринимались попытки положить конец боевым действиям. Однако достигнутые в этот период договорённости о перемирии носили краткосрочный характер. Причина неудач заключалась в том, что Азербайджан, уверенный в своем военно-техническом превосходстве, надеялся на силовое решение конфликта и использовал паузу сугубо для передышки, чтобы затем вновь возобновить боевые действия.

Именно из-за этой позиции Азербайджана, не желавшего гарантировать мир и связывать себя обязательствами по прекращению всех боевых действий, были сорваны четыре резолюции Совета Безопасности ООН по Нагорному Карабаху, основное требование которых заключалось в незамедлительном прекращении огня, всех военных действий и враждебных актов. Всеми своими действиями Баку демонстрировал, что рассматривает резолюции Совета Безопасности ООН в качестве не средства прекращения войны, а инструмента достижения военного и политического преимущества.

Первые предпосылки для заключения бессрочного соглашения о прекращении огня появились лишь после того, как Армии обороны Арцаха удалось отразить вооруженную агрессию Азербайджана, обеспечить безопасные границы республики и тем самым серьезно подорвать потенциал Баку, нацеленный на решение конфликта посредством военной силы.

Эти позитивные тенденции необходимо было закрепить на переговорах, которые в течение предыдущих лет пробуксовывали в вопросе о переговорном статусе Арцаха. Лишь после весьма чувствительных потерь на фронте и существенного ослабления своего военного потенциала азербайджанское руководство не только перестало препятствовать полноценному вовлечению официального Степанакерта в переговорный процесс, но и само неоднократно инициировало прямые контакты с властями Арцаха, в том числе на высшем уровне. Устранение основного препятствия для ведения прямых переговоров позволило сконцентрироваться на вопросах по существу. Благодаря этим контактам было достигнуто около десяти договорённостей между Степанакертом и Баку об ограничении военных действий, временном перемирии или его продлении, которые в конечном итоге и проложили путь к бессрочному соглашению о прекращении огня и военных действий.

Основа для оформления действующего бессрочного перемирия была заложена 5 мая 1994 года в столице Киргизии Бишкеке, где под эгидой Межпарламентской ассамблеи СНГ руководители парламентов Арцаха, Азербайджана и Армении обсудили ситуацию в регионе и после переговоров подписали «Бишкекский протокол» (азербайджанская сторона присоединилась к документу тремя днями позднее, причем с некоторыми оговорками). Нелишне отметить, что протоколу предшествовало принятое в Москве 15 апреля того же 1994 года заявление Совета глав государств СНГ, в котором в качестве главного приоритета, императива урегулирования называлось «незамедлительное прекращение огня, всех военных действий и вслед за этим его надежное закрепление». Участники бишкекской встречи, поддержав данное заявление, выразили готовность оказать всемерное содействие усилиям глав и представителей исполнительной власти по прекращению вооруженного противоборства путем скорейшего заключения соответствующего соглашения. После чего и было подписано уже упоминавшееся Соглашение от 12 мая.

26−27 июля 1994 года, заключив дополнительное соглашение, все три стороны подтвердили бессрочный характер режима прекращения огня вплоть до достижения окончательного урегулирования конфликта. Данную позицию стороны вновь подтвердили 28−29 августа и 12 ноября того же года, выступив со специальными заявлениями.

6 февраля 1995 года вступили в силу договорённости об укреплении режима прекращения огня, достигнутые между Арцахом, Азербайджаном и Арменией под эгидой российско-шведского сопредседательства Минской группы ОБСЕ. Соглашение содержит целый комплекс значимых в военном отношении мер стабилизации кризисных ситуаций для консолидации режима прекращения огня.

К сожалению, в последующие годы не удалось развить успех, достигнутый благодаря соглашениям от 12 мая 1994 года и 6 февраля 1995 года. Пробуксовка в процессе урегулирования началась сразу после того, как Баку вновь вернулся к политике конфронтации. В рамках этой политики Баку сначала отказался выполнять положения соглашения от 6 февраля 1995 года, затем, в начале 1997 года, фактически сорвал полноформатные трехсторонние переговоры, пытаясь навязать в качестве основы урегулирования неконсенсусные предложения, представленные им в ходе Лиссабонского саммита ОБСЕ 1996 года.

В последующие годы азербайджанская сторона как в публичных заявлениях, так и в распространяемых в международных организациях документах пыталась закрепить за собой право развязать новую войну против Республики Арцах. Важное место в попытках азербайджанской стороны навязать международному сообществу тезис «либо урегулирование на условиях Баку, либо война» занимает манипуляция резолюциями Совета Безопасности ООН по Арцаху, принятыми в 1993 году. Хотя сам Азербайджан отказался от реализации адресованных ему требований и призывов резолюций СБ ООН, спустя годы он упорно стремится представить их отдельные положения в качестве условий для урегулирования конфликта, невыполнение которых, по мнению азербайджанских властей, якобы предоставляет им право применить силу. Подобная интерпретация прямо противоречит духу и букве резолюций, принятых в период активных боевых действий и преследовавших цель положить конец войне и начать политический диалог.

Дипломатические маневры Баку сопровождались реальной эскалацией ситуации на линии соприкосновения вооруженных сил Арцаха и Азербайджана. При этом нарушения режима прекращения огня со стороны азербайджанской армии становились всё более угрожающими как по масштабам и продолжительности, так и по количеству и типу применяемого вооружения.

Апофеозом политики конфронтации стала еще одна попытка азербайджанских властей решить азербайджано-карабахский конфликт силой. В ночь с 1 на 2 апреля 2016 года, грубо нарушив Соглашение о прекращении огня от 12 мая 1994 года, азербайджанская сторона предприняла крупномасштабное наступление вдоль всей линии соприкосновения вооруженных сил Арцаха и Азербайджана с использованием тяжелой техники, артиллерии и боевой авиации. Интенсивность и масштабы военных действий, количество задействованных Азербайджаном сил и боевой техники, а также заявления азербайджанских официальных лиц однозначно свидетельствуют, что агрессия 2 апреля была не спонтанной эскалацией напряженности, а тщательно спланированным и подготовленным вооруженным нападением. Однако, понеся значительные потери в живой силе и технике, Азербайджан 5 апреля был вынужден запросить при посредничестве Российской Федерации прекращения боевых действий.

Попытки азербайджанской стороны отказаться от своих обязательств по поддержанию мира в регионе удостоились жесткой реакции со стороны международного сообщества. Реагируя на ситуацию, сложившуюся в результате попыток Азербайджана развязать вооруженную агрессию против Арцаха, страны-сопредседатели Минской группы ОБСЕ — Соединенные Штаты, Россия, Франция, а также генеральный секретарь Организации Объединенных Наций, действующий председатель ОБСЕ и генеральный секретарь Совета Европы призвали строго придерживаться Соглашения о прекращении огня от 12 мая 1994 года и Соглашения о его укреплении от 6 февраля 1995 года. Реакция международного сообщества продемонстрировала, что соглашения от 12 мая 1994 года и 6 февраля 1995 года являются одними из ключевых элементов поддержания региональной безопасности на Южном Кавказе.

Помимо своей практической ценности, Соглашение о прекращении огня представляет важность также с точки зрения накопленного опыта в вопросе организации результативных переговоров. Пример Соглашения от 12 мая 1994 года демонстрирует, что успех в процессе урегулирования конфликта зависит от двух ключевых условий. Первое — исключение каких-либо иллюзий относительно возможности решения конфликта посредством силы. Нелишне напомнить, что мирное разрешение споров является одним из основополагающих принципов международного права, закрепленных в Уставе ООН. Второе — организация прямых переговоров, при которых каждая из сторон конфликта ведет переговоры от своего имени и по тем вопросам, которые входят в ее компетенцию.

И сегодня, спустя 25 лет, Соглашение о прекращении огня может служить ориентиром в вопросе повышения эффективности мирного процесса. Для придания необходимого импульса процессу урегулирования конфликта необходимо, с одной стороны, возобновить прямые трехсторонние переговоры, а с другой — последовательно укреплять режим прекращения огня, в том числе посредством внедрения международного механизма контроля над его соблюдением.

Арцахская сторона не только поддерживала предложения и призывы посредников по укреплению режима прекращения огня, но и сама неоднократно выступала с различными инициативами относительно обеспечения необратимости мирного процесса. В качестве одного из последних примеров конструктивного подхода официального Степанакерта можно привести готовность предоставлять международным посредникам данные систем видеоконтроля над ситуацией на границе. Установленная арцахской стороной система постоянного видеонаблюдения линии соприкосновения может стать составной частью международного механизма контроля над режимом перемирия.

В этом контексте важно также подчеркнуть необходимость реализации договорённостей, достигнутых по итогам двух послеапрельских саммитов в Вене и Санкт-Петербурге, предусматривающих внедрение на линии соприкосновения механизма контроля над ситуацией и механизма расследования инцидентов на границе, а также расширение офиса личного представителя действующего председателя ОБСЕ с целью повышения его мониторинговых возможностей. Спустя три года венские и санкт-петербургские договорённости из-за активного противодействия со стороны Азербайджанавсе ещё остаются на бумаге.

Ещё более беспокоящей является ситуация с попытками Азербайджана денонсировать трёхсторонние соглашения о прекращении огня и об укреплении режима прекращения огня, подписанные главами оборонных ведомств Арцаха, Азербайджана и Армении в 1994—1995 гг. Ноты о фактической денонсации принятых ранее документов были распространены постоянным представительством Азербайджана при ОБСЕ 11 апреля 2016 года и постоянной миссией Азербайджана при ООН 14 апреля 2016 года. Азербайджанская сторона до сих пор не отозвала и никак не завуалировала эти ноты. Таким образом, Баку формально отказывается признавать политико-правовую основу прекращении огня в зоне азербайджано-карабахского конфликта, а следовательно, и всего мирного процесса. Очевидно, что ни укрепление режима прекращения огня, ни продвижение переговорного процесса невозможно без полного восстановления Соглашения от 12 мая 1994 года.

Отдельного упоминания заслуживает вопрос о линии разграничения противоборствующих войск, которая была зафиксирована при посредничестве Министерства обороны России всеми тремя сторонами в качестве составной части режима прекращения огня. Следовательно, выполнение соглашения о прекращении огня означает также восстановление согласованной сторонами линии прекращения огня, которая была нарушена Азербайджаном в апреле 2016 года.

Убежден, что сочетание и взаимодополняемость двух условий — дипломатического (восстановление прямых трехсторонних переговоров) и военно-политического (укрепление режима прекращения огня и обеспечение необратимости мирного процесса) — создадут необходимые предпосылки для реального прогресса в процессе мирного урегулирования азербайджано-карабахского конфликта и обеспечения долгосрочной стабильности на Южном Кавказе.

Масис МАИЛЯН,

министр иностранных дел Республики Арцах

 

Статьи по Теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Проверить также

Close