Жизнь замечательных людей..Знаменитые армянеКультура

Яркая актриса Русского драматического театра им. К .С. Станиславского Лейли Хачатрян

 

ВТОРОГО МАЯ ЭТОГО ГОДА одной из самых ярких актрис Русского драматического театра им. К .С. Станиславского Лейли Хачатрян исполнилось бы 90 лет, и уже прошло пять лет, как её не стало. На этой сцене актриса создала блистательную галерею образов, во многом обеспечившим родным для нее подмосткам их неповторимый шарм. Одна из самых запоминающихся ролей Лейли Хачатрян – Голда в спектакле Поминальная молитва Г. Горина.

С тех пор как в 90-х годах прошлого столетия главный режиссер театра Александр Григорян осуществил эту постановку, она шла при постоянном аншлаге. Великолепная режиссерская работа, прекрасный актерский ансамбль, открытие новых имен, оригинальная работа художника – этого ли не достаточно, чтобы постановка стала хитом не одного сезона.

Актрисе Русского драматического театра им. К .С. Станиславского Лейли Хачатрян исполнилось бы 90 летТак получилось, что, несмотря на интересную работу других актеров, занятых в спектакле, именно роль Голды – жены Тевье Молочника, оказалась самой яркой. Это не просто демонстрация актерской техники в соединении с нравственной позицией художника-гражданина. Эта роль стала знаковой, равно как и лучшие из десятков сценических образов, созданных ею на сцене этого театра. В роли Голды актриса удостоилась самых высоких отзывов критики, в том числе российской. Иначе не могло быть: ее Голда – это обобщенный образ Матери, доведенный до символа. С огромным внутренним подъемом актриса играла сцену, в которой Голда помогает дочери родить. Это один из самых запоминающихся эпизодов спектакля, выстроенных как ритуал, наполненный высоким смыслом: она встает с постели, выходит на авансцену и обращается в зал, словно читая молитву. Входит Тевье с ребенком на руках, и Голда умирает – она выполнила свой долг. Зал замирает, готовый сколь угодно долго слушать паузу, которую держит актриса. И потом на каждом представлении публика взрывается овацией – такую вдохновенную искренность Хачатрян вкладывала в свое исполнение. Едва ли кто-то другой мог сделать это с таким жаром души, с таким внутренним убеждением, как Лейли Вагинаковна: эта искренность – знак всей ее творческой жизни…

ЛЕЙЛИ» | Наша средаДОМ, ГДЕ РОДИЛАСЬ Л. ХАЧАТРЯН, в начале проспекта Баграмяна знает ныне каждый ереванец. Он стал Домом-музеем Арама Хачатуряна и играет огромную роль в духовной жизни города. От этого дома, наполненного музыкой, памятью, традициями, она получила в наследство особое чувство ритма, музыкальное чутье. Быть племянницей великого композитора, узнавать мир под музыку Хачатуряна, Спендиарова, Бетховена, Рахманинова, общаться с раннего детства с такими корифеями культуры, как Исаакян, Сарьян, Ойстрах, Коган, Флиер, Оборин, Шостакович, Таривердиев, – согласитесь, уже счастье. Не случайно ее первой страстью стала музыка, и она едет в Москву, чтобы посвятить себя вокальному искусству. Но, получив солидное музыкальное образование, будущая актриса поступает в Щукинское училище при Вахтанговском театре. Вернувшись по семейным обстоятельствам в Ереван, она заканчивает Театральный институт в классе выдающегося мастера сцены Вагарша Вагаршяна, и вся ее дальнейшая творческая жизнь связывается с Русским драматическим театром имени Станиславского. Во всем этом нет ничего случайного: это не стечение обстоятельств, а предугаданная свыше линия судьбы.

В те годы, когда Л.Хачатрян пришла в театр, в нем работала замечательная плеяда актеров: Ген, Сумароков, Вановский, Васильева, Егорова и другие. С приходом в театр Александра Григоряна репертуар заметно изменился, более свободным стало существование актера на сцене. Его щедрый талант с равной свободой проявлял себя в постановках и озорного водевиля, и психологической драмы, и откровенной публицистики. Три смерти Альфреда ГерцогаКлопЖенский монастырь – спектакли, где Хачатрян исполняла в основном гротесковые роли, неизменно захватывая полнотой сценического существования и предельной самоотдачей. Особенно был любим ею и зрителем спектакль Ханума, в котором она играла 25 лет сначала роль Кабато, а затем Ханумы. На гастролях в России успех спектакля был ошеломляющим. И когда кто-то из журналистов спросил актрису, что главное в ее роли, она, не раздумывая, ответила: доброта. Потому что, несмотря на хитрость и бесконечные увертки, ее задорная сваха – добрая женщина, которая идет на все, чтобы не допустить неравного брака молодой девушки со старым князем. И вообще во всех своих ролях она старалась докопаться до этого чувства, справедливо считая, что именно доброта спасет мир.

ЛЕЙЛИ» | Наша средаВ репертуаре Лейли Хачатрян были роли, которые не соответствовали ее реальному творческому потенциалу, но она способна была придать и эскизу характер живописного портрета, дополнив его собственной значимостью. И уж если выпала фарсовая роль, то актриса с блеском, затейливостью и гротесковой обобщенностью лепила образ, доказывая многообразие и гибкость артистических возможностей. Однако в глубине души она всегда мечтала о пьесах, где комедия сочетается с драмой. Так в ее репертуаре появляются трагикомедия При чужих свечах, где она играла трагедию одинокой озлобленной женщины, Голда в Поминальной молитве, Турусина в Мудреце, Лидия Васильевна в Старомодной комедии.

В героине Старомодной комедии Л.Хачатрян соединяла , казалось бы, несоединимое – необыкновенную искренность, наивность, лукавство и простоту с виртуозной эксцентрикой и подлинным гротеском. Актриса не только точно поняла замысел автора и режиссера, но и сумела на сцене выразить сверхзадачу образа, наполнить роль глубоким человеческим содержанием, убедить зрителя в подлинности чувств своей героини.

Умный юмор, органическая жизнерадостность творчества Л.Хачатрян исключали из ее актерской палитры фальшивые тона. Вот почему в ее трогательных образах не было сентиментальности, в драматичных – ложного пафоса, в отрицательных – прямолинейности. Однако вдохновение, знание, опыт – еще не все. Главное – личность и судьба художника, напряженная внутренняя жизнь, неподдельные радость и боль. А у актрисы всего этого было в достатке…

Как-то вместе с труппой Русского театра я поехала в Чамбарак, где на маленькой обшарпанной сцене клуба артисты сыграли Ах, эти французские штучки. После спектакля, едва сняв костюм и грим, Лейла Вагинаковна превратилась в уставшую женщину, которая не в силах выговорить ни единого слова. Это состояние той нервной статики, которая есть проявление высшей формы динамики, это высокая плата за право называться артистом!

 

Статьи по Теме

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to top button