Киликийское армянское государство под властью монголов
Хетум I (1226 – 1270) стал родоначальником новой династии – Хетумидов. Для того, чтобы Хетумиды могли доказать законность существования новой династии, все трое сыновей Хетума I и Изабеллы носили обычные для Рубенидов имена – Левон, Торос, Рубен.
При Хетуме I государством долго управлял его отец – Константин Пайл, а старший брат – Смбат гундстабль в течение почти 50 лет был главнокомандующим войсками и первым помощником царя. Другой его брат, Левон, был высшим чиновником двора[64].
Царствование это проходило в сравнительно мирных условиях. Это был период, когда татаро-монголы завоевали Среднюю Азию и весь Ближний Восток, когда латинские государства востока одно за другим были ликвидированы, а египетские мамелюки все больше и больше усиливались. Если раньше крестоносцы могли помогать армянам в борьбе против сельджуков и арабов, то теперь они не в состоянии были защитить и самих себя. Армяне оказались лицом к лицу с мамелюками, которые систематическими набегами угрожали существованию Киликийского государства. И Хетум I обратился к полководцу монголов Бачу Нуину, разгромившему в 1243 г. султана Иконии и ставшему хозяином Малой Азии, с предложением союза. Был заключен военный союз, и мамелюки перестали беспокоить Киликию.
Для того чтобы упрочить свой союз с монголами, Хетум I совершил путешествие в Монголию к великому хану Менгу или Мунке, который утвердил в 1254 г. договор дружбы, заключенный в 1243 г. между Хетумом I и Бачу Нуином. Текст этого договора в виде семи пожеланий и предложений со стороны Хетума I и семи соответствующих ответов великого хана Мунке приводится в «Истории восточных народов» историка Хетума Патмича. Двадцать третья глава этой «Истории», содержащая упомянутый договор, переведена со старофранцузского текста на армянский язык Ашотом Галстяном[65]. Мы приводим сделанный нами русский перевод договора:
«Первое. Армянский царь попросил самодержца принять христианство вместе со своим народом, отречься от всех других культов и креститься.
Второе. Дабы существовали вечный мир и дружба между христианами и монголами.
Третье. Дабы во всех странах, завоеванных и тех, которые будут впоследствии завоеваны монголами, христианская церковь и духовенство, как церковная притча, так и монахи, были свободны от всех видов рабства и даже от платежей налогов.
Четвертое. Дабы самодержец отвоевал из рук сарацин вместе с гробницей Господней святую землю и возвратил ее христианам.
Пятое. Дабы он объявил войну ложной вере Магомета и её главе Багдадскому халифу.
Шестое. Дабы самодержец как особую привилегию предоставил Хетуму право в случае необходимости обратиться за помощью ко всем монголам, и особенно тем, кто является соседом армянского царства, и чтобы эта помощь была оказана немедленно.
И, наконец, седьмое. Хетум I попросил, чтобы все те земли, которые принадлежали армянскому царству и захвачены сарацинами и в настоящее время находятся под владычеством монголов, были возвращены ему, дабы Хетум I имел возможность управлять теми землями, которые будут отняты у вышеупомянутых сарацин и переданы ему.
Великий хан Мунке, обсудив эти предложения и пожелания армянского царя, принял царя и в присутствии своих сановников ответил ему пункт за пунктом приблизительно следующее:
1) он крестится и постарается, чтобы и его народ крестился, хотя он никого принуждать к этому не будет;
2) он тоже желает установления вечного мира между монголами и христианами; однако армянский царь должен предпринять все меры к тому, чтобы христиане в свою очередь полностью соблюдали условия этого соглашения;
3) он тоже желает, чтобы во всех подвластных ему территориях церковь и духовенство пользовались привилегиями и не подвергались угнетению и беспокойству;
4) будучи сам занят, он поручает дело освобождения гробницы Господней своему брату Хулагу-хану;
5) он сам тоже желает уничтожения Багдадского халифа, злейшего его врага;
6) он с удовольствием окажет помощь армянскому, царю, но пусть тот скажет, какую именно помощь он хотел бы получить;
7) он прикажет своему брату Хулагу-хану немедленно вернуть принадлежавшие армянам земли. Кроме этого он прикажет, чтобы армянскому царю были дополнительно переданы земли и замки в обеспечение его власти[66].
Как видно из текста этого договора, Киликийскому государству были возвращены все те земли, которыми в своё время владел Левон II и которые затем были захвачены султаном Иконии.
Эта дружба между армянским королем и монгольским ханом еще более укрепилась, когда Хулагу-хан в 1246 г. образовал Западное Ильханство. В 1258 г. монголы завоевали Месопотамию и двинулись на Сирию; с присоединившимися к ним армянами они одержали ряд побед над сельджуками и мамелюками, в результате чего часть Сирии, с городом Алеппо, перешла к Киликии. Но вскоре после смерти Мунке-хана Хулагу возвратился в Монголию, и мамелюки отобрали у киликийцев город Алеппо.
Согласно договору, между монгольским и армянским государствами обе стороны обязались оказывать друг другу военную помощь. Монголы взяли на себя обязательство сохранять территориальную целостность армянского государства, не вмешиваться в его внутренние дела. Важно отметить, что армянский царь вел переговоры от имени не только Киликии, но и других армянских территорий, подчиненных монголам. Об этом свидетельствует одна из статей упомянутого договора, согласно которой монгольское государство брало на себя обязательство упорядочить налоговую систему в коренной Армении и уменьшить налоги, взимаемые с армянской церкви.
Союз между небольшим армянским государством и громадной монгольской державой благоприятно отразился на внешнеполитических судьбах первого перед лицом враждебных султанатов Иконии и Египта, сыграл положительную роль в деле развития экономики Киликии, ставшей посредницей в торговле Запада с монголами. Отношение между державой монголов и армянским царством можно охарактеризовать как протекторат первого над вторым. Армянский царь обязан был ориентироваться на внешнюю политику монголов, выставлять вспомогательные вооруженные отряды и вносить в казну ханов определенную сумму в виде дара. Подобная политика монгольских ханов по отношению к армянскому царству диктовалась их стремлением воспользоваться экономическими и стратегическими возможностями Киликии в их постоянной борьбе против Египта с целью выхода к Средиземному морю и захвата основных магистралей мировой торговли в этом районе.
Хотя союз между армянским государством и Монгольским Ильханством сыграл свою положительную роль в смысле некоторого укрепления позиции первого на международной арене, однако он приносил немало бедствий армянскому народу. Дело в том, что как удачные, так и неудачные походы монголов отрицательно отражались на отношениях между армянским государством и его соседями. Захватнические походы монголов, в которых вынуждено было участвовать и армянское войско, лишь усиливали недружелюбие соседних государств к армянам, а их поражения имели своим следствием новые, ещё более опустошительные набеги врагов на Киликию-союзницу монголов. К тому же монголы не всегда бывали в состоянии оказывать необходимую помощь своему союзнику, так как они сами были заняты (особенно со второй половины XIII в.) междоусобной борьбой. Как известно, в 1262 г. началась вооруженная борьба между Золотой Ордой и Западным Ильханством за захват Закавказья и других территорий.
Эта борьба с перерывами продолжалась в течение почти столетия. Поэтому Западное Ильханство не было в силах оказывать реальную помощь армянскому государству. Более того, ильханы сами вынуждены были перейти к обороне собственной державы от мамелюков и других государств Ближнего Востока.
В 50-60 гг. XIII в. были разгромлены основные опорные пункты крестоносцев в Палестине и Сирии, в 1261 г; пала Латинская империя на Востоке и дальнейшие крестовые походы были обречены на провал. Воспользовавшись этими обстоятельствами, египетские мамелюки осенью 1266 г. совершили поход на Киликию. В сражении у местечка Мари около Черных гор армянское войско потерпело поражение. Мамелюки затем совершили опустошительный набег на страну и были выбиты лишь в 1268 г.
Хотя латиняне провоцировали войну между Египтом и Киликией, однако ни они, ни монголы не пришли на помощь армянам, когда мамелюки в 12651266 годах совершили нападение на Киликию. Хетум I в течение 1, 5-2 лет ждал помощи у своих «союзников», но так и не дождался её, после чего он вынужден был в 1268 г: обратиться к египетскому султану и принять предложенные последним условия мирного договора, который латиняне назвали «вредным и несправедливым», так как мир между армянами и египтянами они считали невыгодным для себя[67].
После этого угроза нашествия мамелюков на Киликию стала постоянным фактором во внешнеполитических сношениях армянского царства, которое не было в силах без помощи извне отстоять свою независимость. Это обстоятельство тем более усугублялось, что армянским царям не удалось полностью подчинить себе крупных феодалов, значительная часть которых в своих сепаратистских устремлениях не останавливалась даже перед изменой царю.
В этих условиях царский двор и другие сторонники сильной централизованной власти искали надежных и сильных союзников против египетских мамелюков и других врагов Киликии.
С конца XIII и особенно в начале XIV в. помощь со стороны монголов чем дальше, тем больше становилась символической, так как Западное Ильханство само разлагалось и шло к упадку. Поэтому армянское государство вынуждено было в своих внешнеполитических сношениях круто повернуться и ориентироваться на Запад, с надеждой, что новые крестовые походы положат предел экспансионистским стремлениям Египетского султаната и других мусульманских государств и, тем самым, помогут армянам сохранить свою государственность. Начиная с царствования Хетума II и до конца существования Киликийского армянского государства западная, ориентация была почти постоянным фактором в его внешней политике. Многочисленные посольства, направленные армянскими царями в западные государства, обивали пороги королей и римских пап, прося помощи в борьбе с врагами армянского государства.
При Левоне III (1270 – 1289) – сыне Хетуме I – мамелюки продолжали свои набеги и взяли столицу Тарс. Этому способствовали междоусобицы и сепаратистские выступления баронов. Латиняне и монголы требовали от Левона III выступить против Египта, чтобы содействовать им в завоевании Палестины и Сирии. Крестовые походы 1228 и 1248 годов не дали положительных для латинян результатов, а намечавшийся на 1270 год поход так и не состоялся, но римский папа требовал, чтобы армяне продолжали борьбу против Египта. Левон III старался сохранять мир с Египтом, дружбу с монголами, а с латинянами вести себя осторожно. Нападение мамелюков в 1271 г. было отражено армянами, возглавляемыми престарелым Смбатом гундстаблем, но целостность государства была восстановлена ненадолго.
Здесь следует остановиться на армяно-татарских отношениях. Как известно, монголо-татары свирепо расправлялись со всеми, кто сопротивлялся им. Они требовали от покоренных народов безоговорочного подчинения; опустошению подвергались особенно те страны, где монголы встречали более сильное сопротивление. Те государства, которые не оказывали сильного сопротивления или же добровольно подчинялись монголам, становились вассалами великого хана и обязывались, кроме платежа дани, нести и военную службу. Так обстояло дело, например, в Армении и Грузии, где феодалы (светские и духовные), как правило, подчинялись монголам, надеясь этим путем сохранить свои феодальные привилегии, тогда как народ подвергался еще более сильной эксплуатации со стороны чужеземных и туземных хозяев.
С нашествием монголов в Закавказье возникают оживленные дипломатические связи армянских и грузинских феодалов (в том числе и духовенства) с монгольскими полководцами и даже с самим великим ханом. Предпринимаются поездки этих феодалов в Каракорум, в ставку великого хана. Эти дипломатические сношения имели главной целью сохранение за феодалами их владений, а также привлечение вниманий центральных властей к бесчинствам местных монгольских военачальников и правителей. В то же время велась ожесточенная борьба между христианским и мусульманским духовенством за привлечение на свою сторону язычников-монголов. Такую же цель преследовали и миссионеры, направляемые в Монголию римским папой, французским королем и др. В XIII в. вопрос о том, какую религию выберут себе монголы, имел немаловажное значение. В Монголии развернулась борьба между христианами и мусульманами за привлечение монголов на «верный» путь. Дворы монгольских ханов становятся местом интриг со стороны духовенства. На службу к ханам поступают духовные лица, грамотные и знающие языки. Немало армянских духовных лиц, как об этом свидетельствуют армянские историки и иностранные путешественники XIII в., поступает на службу к ханам в качестве переводчиков и дипломатов. Например, в 1246 г. во главе посольства, направленного великим ханом Гуюк к римскому папе, стоял армянин монах Саркис.
Почти сто лет длилась борьба между христианским и мусульманским духовенством за овладение монгольскими «душами». Есть сведения, что сын хана Батыя, Хулагу-хан и его сын Абага-хан, сам великий хан Мунке и др. приняли христианскую веру. Полагают, что и Гуюк-хан также был христианином. Однако мусульманское духовенство в конце концов взяло верх, и монголы приняли ислам, но до этого они обнаруживали терпимость по отношению к распространенным у покоренных ими народов религиям. Более того, монголы, используя религиозную вражду между мусульманскими и христианскими государствами, охотно заключали договоры с одним из них против других.
Как правило, монголы заключали договоры с теми, кто признавал сюзеренитет великого хана. При этом вассалы обязывались участвовать в походах монголов, ставивших перед собой цель овладения всем миром. Выше было указано на отношения, создавшиеся в связи с этим между киликийцами и монголами. Армянский царь, ставший фактически вассалом великого хана, был обязан платить дань и участвовать своими войсками в походах монголов, как это имело место в 1258 – 1259 гг., когда монголы и их вассалы уничтожили Багдадский халифат. Однако нельзя отрицать той роли, которую дипломаты Киликийского государства сыграли в деле предотвращения опустошения страны и обеспечения дружественных отношений с монголами. Именно благодаря этой политике Киликия довольно долгое время была избавлена от нашествия со стороны мамелюков и турок. Пока сохранялась целостность монгольской империи, и великие ханы были в состоянии держать местных ханов под своей властью, Киликийское государство пользовалось дружбой великих ханов, вернее, обеспечило) себе мирное сосуществование, неся вассальные повинности по отношению к империи. Но как только империй Чингисхана распалась и начались разрушительные междоусобные войны между ее частями, Киликийское государство очутилось лицом к лицу со своими злейшими врагами, уже не считавшимися с лишь номинально существовавшей империей монголов. В 1261 г. началась борьба между Золотой Ордой и Западным Ильханством. Икония и Египет воспользовались этим обстоятельством и не замедлили напасть на Киликию. К концу XIII и особенно в начале XIV в. отношения между Киликийский государством и монголами из дружественных превратились во враждебные.
***
Относительно армяно-монгольского союза следует отметить, что в исторической литературе нет единодушия при его характеристике. Акад. А. Иоаннисян полагает[68], что признание Хетумом I власти монголов над собой не означало, что в политике армянского государства имел место поворот от западной ориентации к восточной, что сближение с монголами было лишь новым проявлением старой политики. Это обстоятельство он объясняет тем, что монголы и крестоносцы преследовали одну и ту же цель – ликвидировать арабские и сельджукские государства. Поход монголов на Малую Азию ослаблял «зависимость» Киликии от Иконийского султаната.
